Александр «Агарков» и Вера «Курапцева»

Мои друзья всегда идут по жизни маршем...

В. Цой

 

Честно признаться, я устал писать о своих литераторах-земляках в прошедшем времени. Доколе? Надоело жить по принципу Владимира Шахрина: «Поплачь о нём, пока он живой!», то бишь, когда: «СЕГОДНЯ умрёшь, ЗАВТРА скажут – поэт!». Хочу рассказать о своих соратниках, о тех, с кем шёл и продолжаю идти в одном направлении. Кто со мною здесь и сейчас!
 
Итак, знакомьтесь, очередное, немного запоздавшее по срокам, повествование номер четыре – Александр Курапцев и Вера Агаркова и для начала их творческие резюме:
 
Aлексaндр КУРAПЦЕВ
Старобешево/С. Петербург
 
Родился и вырос в Донбассе. В 2014 году переехал с семьёй в Санкт-Петербург. Автор стихов, бард. Дипломант и победитель нескольких литературных конкурсов, фестивалей поэзии и авторской песни. Лауреат литпремии имени Татьяны Снежиной. Московской ГО СП России отмечен наградным знаком «Союз писателей России». Печатался в журналах Украины, России, Белоруссии, Австралии, альманахах и коллективных сборниках, автор книг стихов «Лоскуты» и «Иван-душа». Член Межрегионального союза писателей, Литобъединения авторов Донбасса «Стражи весны».
 
Вера АГАРКОВА
Старобешево/С. Петербург
 
Родилась 19 февраля 1982 года в Магаданской области России, жила в Тихвине Ленинградской области, в 1994 году переехала в Украину, Старобешево Донецкой области. Окончила Донецкий национальный технический университет и Донецкий национальный университет. Член Национального Союза журналистов Украины и Межрегионального союза писателей, Литобъединения авторов Донбасса «Стражи весны». Обладательница почётного знака «Золотое перо Донбасса», лауреат областного литконкурса им. Николая Рыбалко. Публиковалась в периодике, альманахах и коллективных сборниках Украины, России, Австралии, в том числе в специальных литературных изданиях. Автор поэтических сборников «Отшельник» и «Одно кино». С начала войны проживает в Санкт-Петербурге.
 
Не секрет, что я стараюсь не рассказывать о личной жизни героев моих публицистических портретов. Но с моими сегодняшними героями – не получится. Не зря мой предыдущий пост из этого цикла – был о Кате Ромащук. Там я упоминал о круговороте событий, который пошёл от Съезда молодых литераторов Донбасса в Славянске. Так вот, Александр Курапцев, который на съезде не присутствовал, тоже был безжалостно затянут в этот круговорот, но не сразу. Вначале была Марина Сухотеплова – молодой руководитель Енакиевского литобъединения «Родник», поэт и журналист, с которой мы очень сдружились «домами», то бишь, литобъединениями после этого самого съезда. Как-то осенью 2009 года, она после продолжительного «молчания» вышла на связь, извинилась за то, что не появлялась в сети и не отвечала на сообщения, и обмолвилась, что всему виной её новое положение в обществе: она выходит замуж и переезжает жить к мужу в Дзержинск…
И вот тут начинается моё повествование. Спустя полгода, весной 2010 года, когда в воздухе возникла идея сплотить молодых литераторов под бравурные аккорды песни «Ода розовым псам», я получил письмо. «Здравствуй, Иван! Пишет тебе бывший муж Марины Сухотепловой – Александр Курапцев». Видит Бог, то, что я не знал, как зовут избранника Марины – полбеды. Меня больше всего поразило в этой фразе слово «бывший». Лодка семейной жизни дала течь, так и не выйдя в море совместной жизни… Как говорил легендарный король афоризмов: «Никогда такого не было, и вот опять!».
Вот так я и узнал о существовании Александра Курапцева, поэта, автора-исполнителя, незаурядного и выдающегося. Вступив с ним в переписку, ознакомившись с его стихами и произведениями его друга Андрея Огородника я предложил им влиться в наш проект «Стражи весны».
Это была пора, когда я с коллективом друзей готовил к выходу первый номер «Пяти стихий», который в виде альманаха вышел под эгидой журнала «Донбасс». Поэтому наша первая встреча произошла на стыке октября-ноября 2010 года именно благодаря этому изданию – Александр и Андрей приехали в Горловку получить свои авторские экземпляры.
А самое главное событие произошло весной 2011 года. Сетевому литобъединению «Стражи весны» исполнился год, и отметить его было решено не в сети, а творческим мероприятием в Горловской музее миниатюрной книги им. Вениамина Разумова, тем более к этому событию мы выпустили альманах «На крыльях Слова». Это было 2 апреля. Саша и Андрей стали заметными фигурами на этом мероприятии, дополнив поэтическое слово гитарными аккордами. Это было феерическое и значимое событие в нашей судьбе. Именно после этого Дня рождения ЛитО мы уже стали не сетевым, а реальным литобъединением, а во вторых нам это понравилось. Да так понравилось, что когда спустя неделю Иван Волосюк предложил «стражам весны» провести в Донецке сборное мероприятие с днепропетровским редактором Александром Мухаревым, мы согласились (не у всех получилось вырваться, но у многих). А теперь небольшое историческое отступление…
В феврале 2004 года я стал лауреатом литературного конкурса. Об этом у меня есть отдельный публицистический очерк. Именно там я услышал такие имена как Алина Остафийчук и Вера Агаркова. Как-то так получилось, что с Алиной я начал переписываться с 2006 года, а с Верой вышел на связь только после гибели Алины, отыскав её профиль в ныне забытой соцсети сайта майл.ру «Мой мир». Вот как раз в 2010 году я и привлёк Веру Агаркову к нашему литдвижению «Стражи весны». Собственно благодаря Вере наш альманах вышел не под названием «Четыре стихии», а именно «Пять стихий», по числу рубрик, ибо пятую рубрику предложила она. Вера работала в редакции Старобешевской районной газеты, которая печаталась, если я не ошибаюсь в Макеевке, как и наша Горловская газета «Сейчас», с которой я в то время сотрудничал в качестве литературного обозревателя и репортёра.
На наше мероприятие в Донецкой областной библиотеке Вера приехала на редакционной машине с водителем, который её дожидался внизу.
Итак, 17 апреля 2011 года мы на третьем этаже перед зелёным залом собираемся, а так как Вера Агаркова не была у нас в Горловке на первом мероприятии, я ей представляю наших «стражей»:
- Ребята – это Вера из Старобешева!
- Это Настя, это Оксана, это Аня, это Андрей, а это Саша!
- Очень приятно!  
Всё обыденно и механически, казалось бы, без особых церемоний…
Мероприятие пролетело на одном дыхании, мы разлетелись по своим городам, но…
Спустя два месяца раздался звонок от Александра Курапцева:
- Привет, ты дома? А то я проездом сейчас в Горловке!
И мы договорились встретиться на площади Победы у фонтана. Через десять минут я прибежал на место встречи, где меня ждал сюрприз. Меня ждали Саша и Вера. Казалось бы, ничего удивительного, оба были на тот момент уже свободны от уз предыдущих отношений, и всё равно, был какой-то эффект неожиданности. Таким образом я узнал, что в недрах нашего Литобъединения созрела пара. Пообщались мы в тот день недолго, сфотографировались на память и разбежались.
А в августе, незадолго до фестиваля «Лав-ин-фест» в Харькове, я позвонил Вере, уточнить, какой-то вопрос, но трубку сняла не она, а её мама.
- Ой, это вы, Ваня! А Веры нет, она телефон забыла, – и она заговорщицки добавила, – А Вера с Сашей расписались!
Тут уже эффекта неожиданности не было, потому что, люди взрослые – творцы своей судьбы, и я мысленно порадовался за ребят. В их случае, когда у Веры была серьёзная работа редактором газеты, Александр, владея множеством профессий и навыков, переехал к супруге. Так, в Сашином авторском резюме вместо г. Дзержинска появился пгт Старобешево.
А через месяц в газете «Литература и жизнь» появилось поздравление нашим молодожёнам от имени редакции. Саша и Вера были убеждены, что это я постарался, но, видит Бог, я не будучи членом Конгресса литераторов, никогда не сотрудничал с их печатным органом, а если и появлялись там мои материалы, иногда даже в переводе на украинский язык, то только по вине Александра Гросова, который не считал зазорным позаимствовать чужие тексты, без оповещения автора, поэтому для меня до сих пор загадка, кто это так оперативно поздравил наших ребят. Близкими приятелями с Александром Яковлевичем мы не были, чтоб делиться с ним нашими радостями. Вопрос остаётся открытым.
И уже с 2012 года на наших мероприятиях Вера и Саша участвовали парой. Ну, а на бардовские ристалища, Вера приезжала как группа поддержки. Это были фестивали в Горловке, Харькове, Родинском и других городах. Именно на горловском фестивале ко Дню Победы Александр выиграл главный приз – новую гитару, которая стала его постоянной спутницей в кочевой творческой жизни…
А потом майдан, АТО, разруха и Курапцевы-Агарковы со своим мальцом Лёвой выехали в Россию. Так в Северной Пальмире появилась новая творческая семья. Со своими проблемами, со своим тяжёлым бытом, они мало-помалу приживались в городе на Неве. Они, продолжая быть активными членами «Стражей весны», нашли в Питере свою литературную нишу, где с подвижниками художественного слова, общаются, участвуют в мероприятиях, фестивалях, публикуются и издают книги. Александр, при этом, записывает ещё и свои песни, а Вера пишет культурологические заметки, связанные с кинематографом и творческими событиями, ведёт тематический блог в соцсетях.
Как скромно написала в одном репортаже Вера: «Писатель у нас в семье – Саша…», но я не согласен с этим. Это писательский союз двух поэтических миров. Просто в силу бытовых условий, иногда Вера, как хранительница очага, в большей мере жертвует своим творческим благополучием во имя семьи.
Я очень рад за своих друзей, что они состоялись как творческая семья. Осталось дождаться, чтобы и подросший Лёва подхватил семейное знамя.
Несмотря ни на что, Александр и Вера живут, творят и озаряют мою жизнь своим светом.
 
АЛЕКСАНДР  КУРАПЦЕВ 
 
***
 
Растёт в голове трава,
шумит, как курчавый лес
волос. Голова жива,
Растёт голова в траве.
Века голове кунять,
печалиться и мечтать,
и кличет она коня,
и хочет она меча
отведать, не отводя
удара рукой, щитом.
Слова в голове гудят,
шевелят корявым ртом.
Очнётся на миг-другой,
не чуя плечей, ключиц -
и падают шапки с гор,
когда голова кричит.
 
***
 
Мы умерли где-то там,
в закадровом Заоконье,
и снимся своим котам -
и молимся им, и кормим.
 
Коты пустоты чисты,
как помыслы у пророков,
лежат, распушив хвосты,
и спят под утробный рокот,
 
урча нам, что жизнь - пустяк,
и всё это понарошку...
и снят нас, когда хотят
погладиться о ладошку.
 
***
 
мы уедем в никогдабург
на воскресной электричке
на воскресшей электричке
за проезд не заплатив
 
это имя или время
это пена или пламя
это пойманная память
в объектив и негатив
 
за окном увидим море
слов никем произнесенных
полоса лесов осенних
нам приснится по пути
 
а за ней степные были
неразгаданные дали
обозримые едва ли
встанут только захоти
 
а за ними а за ними
никогдабург город странный
дымный огненный туманный
наяву и во плоти
 
на мираж похож и морок
на краю большого света
по меже зимы и лета
всё летит летит летит
 
***
 
выходящий из себя
выбегающий наружу
там где душные сопят
души брошенные в лужах
там где небо подо льдом
выступает то и дело
невозможной неводой
там где телу нет предела
оглянись по временам
всюду только быль и небыль
наше дело - сторона
вот и ты и был и не был
дверьевым живых ворот
часовым чужих созвучий
исчисляющим ворон
выпадающих из тучи
собирающим слова
будто сломанные перья
чтобы заново сшивать
называть играть и петь их
 
***
 
краюха неба в проводах
и крошки хлеба в бородах
идёшь налево песнь заводишь
и производство производишь
для всех: для этих и для тех
как будто первородный грех
идёшь направо напролом
а там непруха и облом
и кесарь-слесарь богоравный
шуруп выкручивает главный
семи потов понтов и шкур
да будет вечный перекур
 
ВЕРА АГАРКОВА
 
ТЕНЬ ПЕТЛИ
 
Когда-нибудь придётся умирать
и в общем надо прекращать стесняться
морщин и живота и лопнувших подошв
и каждого стиха что не похож
на стих
когда-нибудь придётся провалиться
в петлю
и в тень петли
и в тень стены, хранящей тень петли
и тень страны накроет наш погост
на мирном кладбище в немирный год
распустятся цветы как и сейчас цветут
когда-нибудь
придётся всем уйти
 
так что же так тревожит ум беда – куда уйти и главное когда?
нам всё равно не жить а выживать
нам всё равно полынь-траву жевать
и горевать и горечью блевать
и помнить всё
и ни-че-го не знать
 
НОНЕЙМ
 
Кости гниют в овраге, смерть затевает пляс
всякий, угодный году, тоже заводит джаз
тысячи вечно мёртвых, вечно живых нонейм
мясом питают мякоть вечно родных полей
вдовая мать-кликуша как ее ни проси
не унимая прыти, матерно голосит
кто тебя, моя ненька, выменял на гроши
прыгает в вышиванке по городам Руси
кто тебя обездолил и сыновей скосил?
 
Кости молчат в овраге, кости не помнят слов
трупным сочится ядом вечно нетленный ров
 
ДВОР МОЙ ВЕТХИЙ
 
Двор мой ветхий, дом разбитый
псинка старая моя
видишь, папа, наши квитки
«стёрла» мёрзлая стерня
чёрный ветер ночью грозной
выдул память из щелей
видишь, папочка, берёзки
наклонились до корней
стало холодно и жутко
в том краю, где пел наш птах
в поле выжженном и жухлом –
человечьи кровь и прах
двор мой милый, дом мой отчий
кто хранит ваш детский сон?
 
выйду босой, выйду ночью
на чужой хромой балкон
вижу сквозь туман лохматый
край, измученный войной
вижу: в поле ангел – папин –
ищет стёжечку домой
 
БУДЬ ОСТОРОЖЕН, ДРУГ
 
Будь осторожен друг
город изрядно болен – в лицах людей испуг
горлом выходит осень горлом выходит муть
будь осторожен – путь
может быть слишком долгим и одиноким – дом
город тебя не ждёт люди тебя не ищут
люди надели маски люди заводят пляс
не открывая глаз не размыкая рук не издавая звуков
люди вступают в танцы
будь осторожен друг
призраки где-то тут
все кто включился в пляску все кто надели маски
слишком больны и слепы
город заклеит окна город откроет склепы выпустит вороньё
нет ни тепла ни света нет ни глотка воды
друг не ходи за реку не доставай ружьё
 
тихо ступай по пеплу
тихо считай следы
 
ОНИ СКАЖУТ ВАМ: ВЕЧЕР СВЯТ…
 
Они скажут вам: вечер свят
кто нас помнит, тот будет рад
мы голодные и хромые, мы замёрзшие и нагие
мы из выгоревших окопов, из расстрелянной в лоб пехоты
наши ружья достались небу, наши годы – воде и ветру
наши матери – степь и камень, плачут камни в степи слезами
наши сёстры взрослее лета, вяжут в косы цветные ленты
наши жёны рожают молча, наши дети – подобье полчищ
мы, забывшие род и племя, из костей, из хрящей, из тлена
собираем родное имя –
нашей родины –
и не сложим!
оно билось у нас под кожей, оно было на лбы нанесено,
но во лбах у нас светят месяцы
 
в рождество, ближе к лунной полночи
вам дозвонятся ваши братья, позабывшие мир и свет
братья станут молить о помощи
это мясо – родные мощи, этот голос – шуршанье недр, эта память –
кромешный страх
 
осторожно снимайте трубки
осторожно дышите в такт

Печорин об альманахе "День поэзии"

Поэзия...

Необъяснимо и само это слово, и весь огромнейший Космос словесного творчества, что за ним стоит.

Поэзия — то, чем мы дышим, не отдавая себе в этом отчёт.

Поэзия — это и тончайшее волшебство музыки, и ослепительные либо перламутрово-нежные краски мира, но более всего это переливы тонов, шёпотов и криков души. Души, что не вмещается в словесный сосуд; она вылетает и летит, и реет, и парит в недосягаемой вышине, ибо, по Евангелию, «Дух дышит, где хочет» (Евангелие от Иоанна, глава 3, стих 8).

Поэзия — это и тысячелетия, и века, и краткий миг, момент вздоха; её не уместить в один день.

День поэзии! Это целая планета. Таков и новый альманах «День поэзии, XXI век, 2026», что явился читателю совсем недавно, и открыть его и погрузиться в его глубочайшие воды и бездонные небеса, поплыть по его то безумствующему, яростно бушующему, то тихому и рассветно-счастливому океану — всё равно что родиться заново. Да, такова поэзия: она обладает свойством рождать, возрождать нас тогда, когда мы изверились в жизни, потеряли близких, отчаялись и потонули в слезах неизбывного горя, но вот является поэзия — и это наш новый вдох, и улыбка, и забытая, вновь обретённая радость жить. Жить и творить. Жить и любить.

ОТ ЗАГОВОРА К РАЁШНИКУ

О стихах Веры Агарковой

Мы познакомились в Донецке в далёком 2004 году – на вручении литературной премии имени Николая Рыбалко, лауреатами которой оба стали. Позже, встречая стихи Веры в литературной газете «Отражение», я радовался им, как старым знакомым. Общение продолжилось, когда мы организовали литобъединение авторов Донбасса «Стражи весны», и наш журнал, который тогда готовился выйти в свет под названием «Четыре стихии», именно по её инициативе навсегда превратился в «Пять стихий»…

Почти сразу в поэтическом почерке Веры Агарковой стали проступать элементы вольной поэзии с долей авангарда и эксперимента. Уже первый её сборник «Отшельник», изданный в донецком издательстве «Лебедь», показал нетривиальный подход к творческому процессу. Постепенно она перешла на вольный стих и верлибры, но вовсе от рифмы не отказалась.

Вольная поэзия бывает далека от первоначального значения этого термина. Но настоящие ценители поэтического слова могут увидеть разницу между искрящим образами верлибром и набором бессмысленных фраз. Творчество Веры Агарковой – тот случай, когда мал золотник, да дорог. Её небольшие по объёму произведения – это внутренние микромиры, в которых зарождается жизнь и… подкрадывается смерть:

бежать туда где травы в полный рост

и мошкара гирляндой в паутине

и наточить и занести косу

и опустить её как гильотину –

приговорить траву к небытию… 

Интересно наблюдать игру слов, которая указывает на мастерство автора, на её филигранную работу с художественным текстом:

во весь свой маяковский рост

как он летел задрав рубашку отбросив хвост

и был большой и был он важный

поэт / учёный / хмырь мочёный

бродяга / скот и просто бог

Экклезиастичность сознания, которое приходит с возрастом, находит выход в поэтическом тексте:

время съело

запасы хлама

вместе с памятью тёплых спален

вместе с чувством ничьей вины

время выпило веки вены

но оставило в спешке – сны

или

мы ходили без цели мы хотели дожить свой век

овцы целы а волки овцам

первый встречный и человек

не владевшие миром не алчущие войны 

мы остались без хлева без памяти без вины

Освобождение поэтического голоса от канонов не освобождает автора от образности и ритмичности: тексты живут в ритме, без ритма, вопреки ритму. Иногда именно ритм задаёт интонацию стихотворения – становясь то динамичным, то размытым. Строки звучат то как заговор, то как раёшник с неожиданно глубоким подтекстом:

у лошади в кобыльем животе

два жеребёнка плавают в воде

они прядут задумчиво ушами

они глазеют круглыми глазами

на водный мир на бурный кровоток

или

замедленное вдумчивое время

как латыша неспешный разговор

как к морю уходящие ступени

как вид во двор

Тексты Веры Агарковой – это проецирование нашего времени через призму собственной поэтической мифологии. Мне как другу известны перипетии биографии автора, поэтому я могу разглядеть в её образах и метафорах признаки ломки привычной жизни, трагедию оторванности от корней, переосмысление ценностей. Но и любой другой вдумчивый читатель сможет разобрать, оценить, проанализировать – прочитать – что-то своё. Открыть вместе с открытием новой книги – надреальность нашего бытия:

нет реальности есть кино для одной головы моей…

Дюжина достигнута. Франция, 13-м будешь?

Журнал “Слово\Word” №129 за 2026 год - США, опубликована моя подборка. Это 12 государство, где были опубликованы мои стихи. Можно сказать - очередная веха. Из государств, которые ранее были одной страной, в этом списке: Россия, Украина, Молдова. Казахстан, Беларусь, Кыргызстан и Узбекистан. Среди дальнего зарубежья: Австралия, Германия, Канада, Болгария и теперь США.  Не знаю, получу ли я бумажный экземпляр, но тем не менее публикация в журнале состоялась! Для меня это всего лишь вторая публикация на Американском континенте. А первая была более 10 лет назад в канадском журнале "Новый свет".

Журнал “Слово\Word” издается в Нью-Йорке 30 лет. Начинался он при дружеской поддержке Сергея Довлатова и Иосифа Бродского. Когда-то замечательный поэт Николай Гумилёв сказал: “Но забыли мы, что осиянно / Только Слово средь земных тревог…”

Слово\Word” – это своеобразный срез литературы, созданной в разных странах мира. География наших авторов – от Лос-Анджелеса до Красноярска – позволяет воссоздать достаточно полную картину современной словесности поверх барьеров, стран и континентов. Нас одушевляют высокие нравственные идеалы русской классической литературы в органическом единстве с демократическими ценностями современного мира.

В журнале публикуются стихи, художественная проза, публицистика, мемуары, статьи по вопросам литературы, культуры, искусства, философии, архивные документы, материалы о сохранении культурного наследия, в том числе в живописи, музыке, кино и театре; рецензируются книжные новинки, как выходящие в Америке, так и в Европе.

10 лет тому назад. Православное Запорожье.

Иван Нечипорук: Иван Нечипорук читает стихи на фестивале Звезда Рождества 2016 в Запорожье. 

Напутствие читателям

 Впервые я встретил имя Кристины Денисенко в одном из тематических сборников от издательства журнала «Склянка Часу*Zeitglas. И, мягко выражаясь, они меня не «зацепили». Но уже через год я, встретив очередную её подборку, осознал, насколько ошибся в своих суждениях. Редакция трёхъязычного каневского журнала оказалась дальновиднее меня, угадав в творчестве Кристины хороший потенциал. Сейчас мне это моё импульсивное и недальновидное мнение забавляет. Уже через несколько лет в журнал «Пять стихий» я лично готовил её поэтическую подборку к публикации. А в 2020 году Кристина Денисенко стала первым жителем городка Юнокоммунаровска, чьи стихи разлетелись по всей Русской Ойкумене. Активная творческая позиция, которую она заняла, после открывшегося второго дыхания, позволила её стихам попасть во многие ведущие издания России и Белоруссии (и это только печатные проекты). Можно сказать, что сейчас имя Кристины Денисенко на слуху, на виду. Многочисленные победы в конкурсах, соискании литературных премий и при этом солидная библиография – тому свидетельство.

Поэтический язык Кристины витиеват и мелодичен, её стихи льются как вязь, растекаясь по листам, вырисовывая узоры слов, которые ведут за собой, оставляя необыкновенное послевкусие. Очень часто Кристина обращается к многостопным строкам, что делает стихи более завораживающими, с некоей долей шаманства, когда стихи становятся поэтическим заговором. Ритмика – важный элемент её стихотворений, которая придаёт им эту звуковую медитативность, делает их узнаваемыми. И это подтверждается даже личными наблюдениями. Буквально в этом году я был членом жюри литературного форума «Славянская лира», где работы на оценивание подаются анонимно под номером, и, конечно же, стихи своей землячки я узнал сразу – ex ungue leonem. И раз мы говорим о медитативности текста, значит, мы не можем отказать поэтическим строфам в музыкальности. Многим строкам стихотворений присуща ритмика романса, стихи просто преобразуются в голове читателя в тихий и размеренный напев, и это делает тексты Кристины Денисенко незабываемыми.

Лирическое слово Кристины Денисенко – это тонкие образы поэтического осмысления макро- и микрокосма. В стихах Кристины важным элементом является осмысление и остранение окружающего мира, когда неясные образы передаются не разумом, но наитием, неким женским чутьём, художественным мироощущением:

и сад черёмухой расплачется навзрыд

или

Когда на небе звёздный пазл ещё не сложен,

А не зажечь на кухне свет уже нельзя.

Нельзя не восхититься её вечерними строками, которые заставляют, отложив стихи в сторону, и, сделав глоток горячего кофе, подойти к окну, чтобы ещё раз прочувствовать только что прочитанное:

На грани осени малиновый закат

Безмолвно гладит против шерсти спины крышам.

Или, увидев за окном внезапно начавшийся снегопад, повторять тонкие и невесомые строки:

Снег вернулся. Ворвался метелями в город.

Будто с минных полей отпустили на час,

На рассвет, на апрельское утро, в котором,

Будто слёзы на стёклах, снежинки скользят.

То есть мы видим, что стихи, в силу своей территориальной привязки, не ушли от гражданских мотивов, которые ненавязчиво проявляются в строках Кристины.

Я верю, что имя Кристины Денисенко – уже вписано в литературную летопись Донбасса. А мы, современники, имеем возможность наблюдать за её творческим восхождением. И новая книга Кристины Денисенко «Васильковые звёзды» уже готова отправиться в долгое плавание вместе с читателями. Всем, кто готов отплыть на этом «корабле» – семь футов под килем. Большому кораблю – большое плаванье!

 

Иван Нечипорук – зампредседателя Межрегионального союза писателей, член СП России и Славянской литературно-художественной академии.